brementinaclub.de

Клуб самодеятельной песни Брементина - Barde Klub Brementina

  • Увеличить размер
  • Размер по умолчанию
  • Уменьшить размер
Стихи (Brementina Брементина)

Brementina - Стихи - Сайт Бременского клуба авторской песни Брементина

Стихи Геи Коган

Греческий салат

К малиновой заре добавь густую просинь,
пузырчатый присол каймы береговой
и птичий кавардак, вплетённый в гривы сосен,
раскинувших шатры над самой головой.

Я северу верна, но вот сюжет весёлый!
как, Аттика, тебе придётся эта весть:
Эгейских чистых вод танцующий осколок
есть в имени моём - признание и честь.

У рыночных лотков (здесь Азия, Европа ль?)
так плотен пряный дух - хоть режь его, как сыр,
но строгий Парфенон и страж веков Акрополь,
над городом паря, вернут ориентир.

А позже, после дня, когда жара погаснет
и ляжет сонм теней к ногам кариатид,
горячую струю оливкового масла
закат прольёт в залив и берег окропит,

и в масло окунёт - так кулинар искусный
агатовых маслин бросает горсть в салат -
он ломтик темноты, поджаренный до хруста
дорожки под ногой, до стрёкота цикад.

В низине меж холмов ночной нектар остужен,
и колко холодок вздымается со дна,
а греческий салат нам подадут на ужин:
мозаика цветов и чаши белизна.


Туман

Плывём, как рыбы, разевая рты,
глотая взвесь из морока и мрака.
Туман окутал воды и мосты,
скользят авто без номерного знака.
На волосах лежит холодный пар,
на башмаках - осадок донной мути,
в коротком свете бесполезных фар
дрожит желе мелкодисперсной ртути.
Поникших листьев войлочный колтун
прошил пунктир трамвайного вагона,
и фонари - десятки мутных лун -
из темноты плывут незаземлённо.
Покачиваясь, словно в стельку пьян,
знакомый город отстранён и странен...
Туман в словах и в головах туман,
да и прогноз пугающе туманен.


Марии

Зимний ветер, а метёт вполсилы,
листьями оливы шелестя.
Расскажи, ты тяжко ли носила
первое заветное дитя.

У соседок толки да распросы,
вслед тебе презрение и смех;
муж косится: "Стал я рогоносец.
Признавайся, с кем случился грех?".

Ни словца не молвила ты против,
эту злую участь возлюбя.
Тужилась, комок горячей плоти
в муках исторгая из себя.

Лёжа на соломенной постели,
опершись на локоть, на боку
туго запелёнутое тельце
поднесла к набухшему соску.

С ним сроднившись общим кровотоком,
так, что крепче невозможна связь,
ты всегда жила сыновьим роком,
но и от себя не отреклась.

Сколько их поют ему осанну,
сонм учеников, а ты - одна.
Мутно-жёлты воды Иордана,
мелководье, а не видно дна.

Всё, что говорит он о терпенье,
кто понять сумеет, как не мать?
А тебе б обнять его колени,
грубую одежду постирать,

а тебе бы накормить сытнее,
а позднее - полный дом внучат,
но вокруг стремительно темнеет...
Слышишь? Слышишь? Плотники стучат.

Волосы закрыли тонкий профиль,
пот смешался с влагою из глаз...
Ты за ним дорогу до Голгофы
будешь проходить бессчётно раз.

Ты лежишь подстреленною птицей,
к влажно-смуглой коже липнет прядь,
и не знаешь, что потом случится,
да тебе о том не надо знать.

Но пока звезда сквозь щели в крыше
светит, и волхвы ещё в пути,
а младенец в яслях мирно дышит,
хоть немного, милая, поспи.


 

Приёмный покой

Приёмный покой, приёмный покой...
Преддверие рая? Преддверие ада?
До гладкой панели дотронься рукой...
А впрочем, не нужно. Довольно и взгляда
заметить ту грань, где кончается свет
дневной, а за ним - только белая краска.
И нет городских каждодневных примет,
как улицы гул и трамвайная тряска.
Ждём, как приговора, короткую весть:
кого - в заключенье, кого - на свободу.
В чистилище каждом два выхода есть,
два разных вердикта, два разных исхода.
Отпустят, простят - и минуту спустя,
прослушав советы, глотая вопросы,
помчишься наружу, где лепет дождя
и в щёку его поцелуй мокроносый.
Осудят - наверх, в галерею палат,
где лампы молочные, тихо и чисто
и где начинается странный театр:
в нём каждый стремится сыграть оптимиста.
Сидишь напряжённо. Отводишь глаза
от близких, у них замечая тревогу,
и вкось от окна пролегла полоса,
меж стульев и стен намечая дорогу.
Журнальное чтиво всегда под рукой
и взгляд машинально скользит за строкою,
но вязнет меж знаков...
Приёмный покой,
где ни для кого не бывает покоя.


 

Персидская сирень

Стал укорачиваться день,
дождей пришёл черёд,
а здесь персидская сирень
до осени цветёт.
Пройдёшь вдоль улицы спеша

и остановишь взгляд:
как чужестранка хороша,
как украшает сад!
Каштан, магнолия, жасмин
давно сошли на нет,
есть
рододендрона помин -
и этот жаркий цвет.
Стоит, средь наших непогод
листами шелестя,
как будто северных широт
внебрачное дитя.
Какой безумный садовод,
не пожалев труда,
за столько и земель,и вод
привёз её сюда?
В компанию надменных роз
без запаха почти
однажды семечко принёс,
клочком земли почтил.
Вдали от отчей стороны,
где сладок пряный дым,
апофеоз лиловизны -
как вызов остальным.
От немелеющей реки
уходят облака...
Цветёт не "за", а "вопреки"
и этим мне близка.

Brementina, Брементина, клуб песни бремен, klub pesni bremen, club pesni bremen, авторская песня бремен, барды бремен, bard bremen, russische kultur bremen, ksp, ксп, liedermacher bremen, kulturverein

 

 



Сейчас на сайте находятся:
 5 гостей